|
Нин-дзюцу
(Искусство быть невидимым)
Обычно считается, что ниндзя — это члены обособленных кланов,
сформировавшихся из людей, оказавшихся в средневековой Японии вне
общества: ронинов (самураев, оставшихся без князей), бежавших от
расправы мятежников и преступников, бродячих монахов (не приписанных ни
к одному монастырю), отшельников, а также из жителей уединенных горных
селений. Когда в Японии началась эпоха феодальных войн, длившаяся пять
веков подряд, их стали нанимать для шпионажа и
диверсионно-террористической деятельности удельные князья,
принадлежавшие к противоборствующим военно-политическим группировкам.
Объясняют это тем, что подобные задачи, согласно господствовавшим
представлениям о морали, наиболее успешно могли решать не самураи,
подчинявшиеся требованиям ведения войны «по правилам», а те, кто
находился как бы за пределами общественной иерархии, не подчинялся
общепринятым нормам. Их презирали, ненавидели и боялись, но пока шли
бесконечные войны, обойтись без них не могли. Внутри этих кланов
постепенно сложилась специальная дисциплина, главной целью которой
являлось теоретическое обоснование наилучших способов незаметного
проникновения В ряды противника, выведывания его секретов и сокрушения
изнутри. Она получила название "ниндзюцу" — искусство быть невидимым
(имеется в виду для противника). Так появились ниндзя — потомственные
профессиональные разведчики, террористы и диверсанты феодальной Японии.
Однако реальная, а не легендарная история ниндзя и ниндзюцу выглядит
иначе. Прежде всего, необходимо подчеркнуть, что слово "ниндзя" в
японском языке появилось только в XX веке. Раньше в значении "тайный
шпион, лазутчик" употреблялся термин "синоби", точнее "синоби-но-моно".
Причем этим термином именовались шпионы вообще, безотносительно их
принадлежности к каким-либо кланам. Соответственно, слово "синобу" (а не
"нин-дзюцу") обозначало обычное искусство шпионажа и разведки, диверсий
и саботажа, без налета мистики, клановости и т.д.
Этот тезис подтверждается, во-первых, широким употреблением производных
от "синоби" слов: синобиёру — подкрадываться; синобииру — тайно
проникать куда-либо; синоби-сугата-дэ — переодевшись, инкогнито, под
чужим именем; синоби-аруку — ходить крадучись; синоби-аси-дэ — на
цыпочках, тихонько, и других из того же ряда. Во-вторых, тем фактом, что
техника шпионажа входила отдельным разделом в программу обучения таких
типично "самурайских" школ бу-дзюцу, как Айсу Кагэ-рю, Катори Синто-рю,
Камиид-зуми-рю, Итидзэн-рю, Курама Ёсин-рю и других, не имевших никакого
отношения к пресловутым горным кланам отщепенцев.
В период феодальных распрей шпионы действительно использовались всеми
удельными князьями и полководцами, а потому школы "синобу" возникали по
всей стране. Однако наибольшую славу на поприще тайной войны снискали
жители провинции Ига, а также уезда Кога в провинции Оми, где сложились
две наиболее крупные школы шпионажа: Ига-рю и Кога-рю. Провинция Ига
полностью окружена горными хребтами Судзука и Касаги, которые, по сути
дела, изолировали ее от остальной территории страны. В то же время
средневековая столица Японии — Киото — находится недалеко, в
каких-нибудь 80 километрах от Ига. Поэтому с древнейших времен эта
горная область становилась прибежищем тех, кто по какой-то причине не
ладил с властями. Сюда бежали разорившиеся крестьяне, остатки дружин
разгромленных политических группировок, религиозные еретики, здесь же
искали просветления ямабуси и последователи доктрины Сингон.
Согласно историческим изысканиям японских ученых, традиция синобу, или
нин-дзюцу, зародилась в Ига и Кога уже в Х веке. А своего расцвета она
достигла к середине XVI века. Постоянные занятия шпионажем на протяжении
нескольких столетий, в сочетании с мощным влиянием синкретического
религиозного учения Сюгэндо (Путь обретения сверхмогущества) -и
эзотерического буддизма Сингон породили феномен уникальной культуры
горцев Судзука (по названию горного хреба, проходящего через Ига и Кога).
Влияние этой культуры на нин-дзюцу было столь велико, что многие
современные историки считают истинными школами нин-дзюцу лишь те,
которые так или иначе связаны с ней. Иными словами, с их точки зрения,
нин-дзюцу — это единство трех аспектов: искусства шпионажа, диверсий,
террора; особого мировоззрения; различных эзотерических практик
религиозного характера.
На самом же деле нин-дзюцу может выступать в двух ипостасях: в качестве
искусства тайной войны вообще, а также как специфическое порождение
культуры Судзука.
Проблема пресловутых "отщепенцев", создавших нин-дзюцу для своего
выживания в условиях постоянных гонений со стороны официальных властей,
при ближайшем рассмотрении тоже выглядит по-другому. В частности, твердо
установлено, что кланы Хаттори, Момоти и Фудзибаяси (основные кланы
ниндзя провинции Ига) ведут свое происхождение от дворцовой аристократии
(кугэ), в силу разных причин утративших прежнее высокое положение.
В книге XVIII века "Букэ Мёмокусё" (Обозрение самурайских родов)
сказано: "В Кога и Ига было много дзи-самураев. После периода Онин
(1467—1477 гг.) эти дзи-самураи объединились в многочисленные
группировки, и развили могучее военное искусство, не признававшее
никаких законов и правил, кроме одного — использовать все возможности,
чтобы победить". Надо пояснить в этой связи, что дзи-самураи — это вовсе
не крестьяне, а мелкие феодалы, имеющие земельные угодья ("дзи"
по-японски значит "земля"). Японские историки установили, что ниндзя,
или синоби Ига и Кога вышли из слоя госи — мелких военных феодалов,
имевших свои поместья и не подчинявшихся удельным князьям (даймё). В
отличие от них, обычные самураи как правило не имели земли и служили за
паёк рисом.
Следовательно, "таинственные кланы" людей, стоявших вне закона и вне
общества улетучиваются, а на их месте появляются мелкие феодалы,
содержащие дружины и воюющие за сохранение и расширение своих владений.
В своей борьбе они чаще, масштабнее и успешнее других феодалов
использовали средства и методы тайной войны. Это давало им в озможность
подрабатывать (попутно решая свои собственные задачи) поставкой тайных
агентов для крупных феодалов. Соответственно, все "гонения" на ниндзя
заменяются походами крупных феодалов против объединений госи и
дзи-самураев из провинций Ига и Кога. В частности, в знаменитой битве
Тэнсё Ига-но-ран против войск полководца Нобунага Ода сражались не кланы
ниндзя, а объединенные силы госи провинции Ига (Ига-куни сококу-икки).
Причины широкого интереса к нин-дзюцу на Западе трудно объяснить
однозначно. Видимо, это результат сочетания целого ряда факторов. Так,
известный американский пропагандист нин-дзюцу С. Хайес считает, что в
современном западном обществе фактически царит тот же произвол власть
имущих, то же беззаконие, что и в Японии XIII—XVI веков. Поэтому многие
люди понимают, что заботиться о личной безопасности и безопасности
членов семьи необходимо им самим. Для таких людей философия и
технические приемы ниндзя создают возможность контролировать
происходящие события хотя бы на уровне микросреды.
К числу других факторов можно отнести всеобщий интерес к методам
выживания в условиях дикой природы и в районах военных действий,
массовое увлечение восточной мистикой и эзотерическими культами, а также
неизменную притягательность всего экзотического и таинственного.
В Японии известны сейчас около двух десятков человек, претендующих на
то, что они якобы являются хранителями традиций тех или иных школ
нин-дзюцу. Однако в остальном мире получили известность только двое из
них. Это Хацуми Масааки-Ёсиаки (1931 г.р.) и Танэмура Сёто (1947 г.р.).
Первый из них создал международную организацию Бусинкан-Нин-Дзюцу,
второй — Гэнбукан-Нин-Дзюцу.
на
главную |